Золушки при делах  - Лесса Каури

Колей молча завел глаза к потолку. После ночного возлияния его, по обычаю, мутило, но светлый образ куска мяса, политого вареньем, не казался таким отталкивающим, как картинка камбалы на тарелке и стакана молока рядом.

– А я – запеканку! – воскликнул Дрюня. – Маменька, тебе положить?

– Будь добр!

Он разложил по тарелкам принцесс и герцога Ориша запеканку, цапнул мисочку с клубничным вареньем и поставил себе на колени – будто бы для того, чтобы никому не досталось. Прикрыв ее краем скатерти, едва успел накапать в варенье зелье, но сбился со счета, потому что слуги принесли мясо и начали переставлять блюда на столе.

– С клубничным, с клубничным попробуйте! – шут шмякнул гаракенке варенья на запеканку. – Творожное лакомство с клубничным вареньем – лучшее, что может случиться с вами утром!

– Мясо! – коротко возразил Саник, уже вполне сносно управляясь с ножом и вилкой.

– В Гаракене действительно едят мясо с вареньем, – отведав запеканки с вишневым вареньем (клубничное Дрюня предусмотрительно отставил), пояснил герцог Ориш, – но, как правило, это варенье из кислых ягод: клюквы, брусники, морошки… Вы же знаете, что на северо-востоке нашей страны начинается лесостепь, которая постепенно переходит в бескрайние просторы Дикоземья? Эта полоса – страна болот, где подобной ягоды полным-полно. Но, честно говоря, я даже не могу представить, каким будет на вкус мясо в сочетании со сладким вареньем!

– А это интересно! – оживился Колей и полил свой кусок жареной говядины из стоящей ближе всего к нему мисочки с клубничным вареньем, после чего с подозрением покосился на шута, который не сумел сдержать торжествующей улыбки. – Ты чего лыбишься? А ну-ка, давай со мной! Для чистоты эксперимента!

Дрюня не успел оглянуться, как принц положил ему на тарелку другой кусок мяса и полил тем же вареньем.

– Не бойся, я поддержу! – подмигнул шуту Аркей, забирая у брата мисочку и добавляя варенья и себе, и… на запеканку Бруни, чем окончательно опустошил мисочку.

– Приятного аппетита! – провозгласил Фигли Ориш.

Пока остальные опустошали свои тарелки, Дрюня сидел ни жив ни мертв.

– А ты чего? – прикрикнул на него Колей. – Давай-давай, лопай!

Тоскливо потянув кусок мяса в рот, шут бросил взгляд на сидящего напротив герцога Ориша и едва не подавился. Аркаеш его знает, как работает это приворотное зелье! А вдруг он втюрится без памяти в того, на кого первым бросит взгляд? Пресветлая, помоги!

Ее Высочество Бруни вдруг развернулась к мужу и поцеловала его в щеку. Его Высочество Аркей в ответ нежно обвел большим пальцем контур ее губ.

Принцесса Оридана, задумчиво жуя запеканку, ласково перебирала бумажные листы. Принц Колей жадно следил за ее пальцами, будто ворошащими чьи-то волосы…

В Дрюниных чреслах из искры всегдашнего интереса к жене возгоралось пламя…

– Лисс, какие у меня планы на сегодня? – повысил голос Аркей.

Адъютант выпрыгнул из дверей, как демон из табакерки.

– В восемь утра…

– Все отменить! – не дослушав, приказал Его Высочество, который никак не мог отвести взгляда от губ жены. – Сегодня выходной!

Челюсть адъютанта только что не стукнула об пол.

– А… – пробормотал он. – Э… В смысле, есть выходной!

– Свободен! – махнул рукой Аркей и поднялся, подавая руку Бруни.

– Вы куда? – опешил шут.

– На яхту. Сегодняшний день мы проведем там, – мечтательно улыбнулся принц и повернул один из своих перстней. – Передавай отцу привет!

Сиятельная пара исчезла.

Фигли Ориш в растерянности закрутил головой, попытался встретиться взглядом с Дрюней, который старательно смотрел куда угодно, только не на сидящих за столом.

– Знаете, моя дорогая Оридана, – явно подражая интонацией отцу, произнес Колей, – мне кажется, нам надо обсудить важный вопрос! А именно вопрос о воспитании этого мальчика. Поскольку документ об опекунстве я подписал, считаю, что у меня есть право участвовать в его судьбе!

Черные глаза принцессы загадочно замерцали. Она впервые посмотрела на мужа без настороженности, но с вызовом, и поинтересовалась:

– Вы серьезно так думать, Колей? Что есть такого, чего я не давать ребенку?

– Его Высочество прав, – осторожно заметил герцог Ориш, – мальчонка должен уметь драться и ездить на лошади, это как минимум. Чему из перечисленного ты можешь научить его, змейка моя?

– Об этом я и хотел поговорить! – плотоядно облизнувшись, воскликнул принц. И многозначительно добавил: – Наедине!

– О-о… – низко выдохнула Оридана.

– Да-а! – ответно простонал Колей и поерзал на стуле.

По выражению лица Фигли Ориша можно было догадаться, что он ровным счетом ничего не понимает. Однако герцог со свойственной ему отзывчивостью похлопал племянницу по плечу.

– Если тебе действительно нужно поговорить с мужем, иди, Ори, я прослежу, чтобы Саник все съел и после прополоскал клыки… то есть зубы!

– Это мне действительно нужно поговорить с женой! – возмутился принц, вскакивая и хватая принцессу за руку. – Поэтому предложение Вашей Светлости очень своевременно! Благодарю вас, досточтимый Фигли!

Спустя мгновение в Малой королевской столовой остались герцог Ориш, слегка ошеломленный молниеносностью завтрака, и довольный Саник, тянущий на тарелку уже второй кусок восхитительно пахнущего мяса, раздумывая над тем, какими странными бывают взрослые, которые поливают первоклассную еду непонятно чем.

* * *

День, начавшийся для Бруни восхитительно, продолжал быть таковым. День, полный плеска волн, ласк ветра и небесной сини.

Далеко впереди над морской гладью кружили орлы-рыбаки, камнем падали в воду, чтобы, вырвавшись из ее плена и тяжело махая крыльями, потащить к берегу серебристо блестящую рыбину.

На маленькой яхте было предусмотрено все на случай неожиданного появления капитана: обогревающие свитки, еда, которая не портится, вода и несколько бутылок первоклассного вина. Когда так неожиданно вспыхнувшая страсть между принцем и его женой немного утихла, Аркей вывел яхту из бухты, служившей ей тайным убежищем, и развернул в открытое море.

Принцесса, укутанная в шаль, сидела на палубе, щурясь на солнце и блеск воды, как сытая кошка. Тело слегка ломило от любовной истомы, а на душе было тепло. Так тепло, будто она морозным днем грелась у очага в любимом трактире не площади Мастеровых. Воистину, твой дом там, где твое сердце!

Аркей закрепил парус и, присев рядом с супругой, обнял ее. Нет, сейчас не Аркей – Кай, ее Кай. Босой, с голым торсом. Несмотря на теплую погоду, на море было свежо, но принцу, похоже, холодно не было. Бруни молча прижалась щекой к его груди. Так приятно ощущать ладонями тепло его кожи, крепость мышц, так уютно греться в его объятиях.